Эта ужасная реальность

// Почему я не пишу фантастику
Григорий Тарасевич

В качестве эпиграфа к этой колонке процитирую моего любимого Сергея Довлатова:

«— А правда, что все журналисты мечтают написать роман?

— Нет, — солгал я».

Не буду кокетничать и признаюсь, что роман я написать мечтаю. И явно это будет не психологическо-​историческо-​философское произведение. По долгу службы мне положено писать научно-​фантастические романы.

Оно, казалось бы, и проще. Не надо скрупулёзно выве­рять детали: выяснять, какого цвета были мундиры французских кирасиров во время битвы под Аустерлицем или как пахнет свежий кус-​кус в марокканской хижине. Можно дать волю воображению. Придумать далёкую-​далёкую галактику и населить её существами по своему вкусу, не сверяясь с учебником биологи.

Но сколько бы я ни собирался сесть за это великое произведение, каждый раз поражался, насколько бедная у меня фантазия. Это на редакционных планёрках я кажусь креативным и буйным. А в реальности...

Меня сдерживает то, что внеземная жизнь должна принципиально отличаться от нашей. Иной климат, иная ис­тория планеты, иная химия, иной набор эволюционных случайностей — всё иное. А значит, в романе должны фигурировать совершенно фантастические твари.

Давайте прикинем и перечислим основные параметры:

— Масса существ может различаться примерно в 100 000 000 000 000 000 000 раз.

— Для передвижения организмы могут использовать ноги (от 2 до 750), ветер, течение воды, реактивную тягу, крылья... А есть такие, кто подбрасывает своих зародышей другим существам, чтобы те их съели, а потом выделили в другом месте в качестве экскрементов.

— Внутри одного создания могут жить миллиарды других. Причём некоторые из них помогают хозяину, а другие норовят его убить.

— Органы чувств способны улавливать видимый свет, инфракрасное излучение, химические сигналы, уль­тра­звук и магнитное поле.

— Один и тот же организм превращается из яйца в толстое, неторопливо ползающее существо, а потом вдруг становится тонким, изящным, способным летать...

Безумная, странная, очень сложная планета. Я бы такую выдумать не смог. Впрочем, её и выдумывать-​то не надо. Она существует и называется Земля. Всё перечисленное есть в реальности. Более того, настоящая жизнь гораздо разнообразнее. Если бы я знал биологию получше, то список основных параметров был бы намного длиннее.

Если у вас возникнет мысль о фантастическом произведении, посмотрите на фотографии крота-​звездоноса, рыбы-​капли или трубкозуба. Такие физиономии не смог бы изобразить даже художник в изменённом состоянии сознания.

А сексуальная жизнь?! Самая извращённая фантазия пасует перед реальными отношениями полов у насекомых, рыб и многих других существ. Достаточно сказать, что самка гренландского удильщика в сотни тысяч раз крупнее самца. Любовная линия в фантастическом романе покажется банальной на фоне того, что происходит, например, у мелких комаров Serromyia fe­morata или у здоровенных кальмаров Architeuthis dux (я бы написал подробнее, но у нас журнал 12+).

Но ещё есть на планете совсем специфический вид. Разнообразие и парадоксальность отношений между его представителями почти не поддаются осмыслению и систематизации. Никакому гигантскому инопланетному мозгу не хватило бы воображения, чтобы представить всё то, на что способны особи этого вида. Они нарушают все законы эволюции, формальной логики и здравого смысла. Называется этот вид Homo sapiens sapiens.

 

Опубликовано в журнале «Кот Шрёдингера» №9-10 (35-36) за сентябрь-октябрь 2017 г.

Подписаться на «Кота Шрёдингера»